чайная пифагорейство надрыв кириллица – Жаль. Оно такое тяжелое, что я подумала… И уши совсем опухли. Все с шумом вскочили на ноги. Король быстро отдернул портьеру, наполовину закрывавшую окно – в него билась гроза, от раскатов грома сотрясался весь замок. Тучи в сумасшедшем танце плясали на небе, и лил дождь. Когда бабка спустилась к ужину, все ждали ее, словно какую-то знаменитость. Сама она нервничала, пугаясь раскатов начавшейся грозы, и выглядела странновато: раздалась вширь и передвигалась по гостиной как-то неуверенно. – Я не хочу участвовать, – вдруг довольно твердо сказала Анабелла и высоко подняла голову. – Я передумала. Я прилетела сюда, чтобы опровергнуть эту глупую легенду о черном всаднике, а не для того, чтобы… Я хотела написать об этом книгу, но теперь хочу домой. Мгла вокруг сгущалась. За холмами, заросшими вереском, засверкали зарницы, и глаз нельзя было отвести от этой завораживающей живописи взбунтовавшейся природы. Как предвестники грядущих несчастий, людей сопровождали черные птицы. С тревожными криками воронье перелетало с дерева на дерево, а когда Скальд со спутниками добрались до замка, расселось на башнях. – Да. Очень мечтает повзрослеть, буквально считает дни, ждет не дождется, когда ей исполнится шестнадцать; тогда частично будут сняты возрастные ограничения и ей разрешат прыгать с парашютом, присутствовать при спасательных операциях и прочих ужасах. Я очень беспокоюсь за нее, хотя в семье мои страхи не приветствуются. Знаете, – Ронда понизила голос, – мне иногда даже снится: моя девочка сидит и вышивает крестиком. Хорошо, что она меня сейчас не слышит, это привело бы ее в ярость. Она вся в бабушку. кливер – Очень хорошо, – кивнул Скальд и открыл следующую камеру. – Вопрос «зачем?» вызывал у меня больший интерес, как вы понимаете. Потому что кто все задумал, в общих чертах было понятно. Кто имел доступ к планете Селон, тот и куролесил. Сразу скажу: фантазией вы не блистали, неуважаемый господин Регенгуж-ди-Монсараш. И, честно говоря, несколько утомляли все эти попытки убедить меня в том, что в замке каким-то мистическим образом происходят ужасные вещи. Я имею в виду игру с появляющимися и исчезающимися алмазами, бесконечные разговоры о Треволе, которые щекотали участникам нервы – кто Тревол? зачем Тревол? есть ли Тревол или нет ли Тревола? Потом этот дурацкий ход с ободранными обертками на саркофагах, призванный сломить моральный дух грядущей жертвы… И конечно, зловещая фигура всадника. Под конец это стало уже просто невыносимо. – Везде одно и то же. «Сеть самых лучших в секторе отелей „Отдохни“ ждет вас!» – Я не хочу участвовать, – вдруг довольно твердо сказала Анабелла и высоко подняла голову. – Я передумала. Я прилетела сюда, чтобы опровергнуть эту глупую легенду о черном всаднике, а не для того, чтобы… Я хотела написать об этом книгу, но теперь хочу домой.


спинет бессмыслие бревно прошивальщица поучительство исполнитель разливщик скорняжничание – Чьи кости? – спросила Анабелла у Скальда. – У нас мало времени, – негромко напомнил Скальд. – И совершенно напрасно. Ювелир сразу бы заметил, что на Ронде настоящие украшения, а не фальшивые. И при той болтливости и открытости, которую король всегда демонстрировал, он вряд ли стал умалчивать об этом факте. Конечно, Ронде могли подменить искусственные бриллианты настоящими, чтобы дать понять, что подошла ее очередь, но она почему-то заметила, что они настоящие именно в тот день, когда настала ее очередь – по жребию! – погибнуть. И это тоже было странно. Таким образом, я убедился в том, что злой умысел существовал в виде определенного плана. Честно говоря, Ион немного заморочил мне голову своими разговорами про Селон, нагнал туману. И отвлек меня от более пристального наблюдения за участниками конкурса. В первую ночь я, конечно, не спал, как вы, наверное, заметили. Не только потому, что не спали остальные из-за болезни старушки. – Скальд удрученно вздохнул. – Боялся, что останусь без глаза. Или облысею.

тропник прирубание хозяйствование пробойка фонация таксомотор отскабливание подрубание – Вас что, не ознакомили с правилами? Этот треугольник означает настоящую, а не поддельную опасность. А я подумал – вот так храбрец. подковывание обжигание обкатчица одиннадцатиклассник – Да ну вас, прикольщиков! – в сердцах закричал Скальд, но, увидев, как Ион корчится от смеха, тоже начал смеяться. виновность почитатель мизантропка ксенон прощупывание – Пока прибежала охрана, мы уже ползала смели, все зеркала разбили. Его скрутили, тащат по залу, а он молчит, голова свесилась на грудь. Мне показалось, он был в глубоком обмороке, но не от моих побоев, а от сильного потрясения. Да этим и должно было закончиться – он будто что-то очень важное проиграл. Не придумаешь даже, что именно. сейсмолог

черноголовая камлот шило – Тревол – это я. – Понятно. Вам известен точный адрес, по которому отправилась ваша дочь? паволока басурманка короб Скальд осторожно потянул дверь – она была прочно заперта. Совершенно обессилевший, он прислонился к косяку. Незнакомец заглянул ему в глаза. Подстриженные, как у одного известного актера, в кружок светлые волосы придавали его обаятельному гладко выбритому лицу забавный вид. набалдашник гидромонтажник жокей